Читаем без скачивания Новые рассказы о прошлом - Виктор Житинкин

Алексею повезло. Его группа из десяти человек была чисто женская, только он один был представителем от сильной половины человечества. Это сказать легко – повезло, а на самом деле все было не так. Женщины были разных возрастов и лишь только некоторые были ровесницами Алексею. Были женщины старше его и, даже, значительно. Они были замужем, кроме одной, но поскольку детей у них еще не было, они хотели пожить еще для себя, вот им и дали такую возможность – отдохнуть на природе в деревне. А одна, красивая и яркая собой девушка, хоть ей было уже за тридцать лет, была почему-то не замужем. Вот бывает же такое. В цеху говорили о ней, что она – «девушка легкого поведения». Что обозначает это словосочетание, Алексею не объяснили.

Спать Алексею приходилось на сеновале, но он о лучшем месте и не мечтал. Осень стояла теплая, дыр в стенах сарая и сквозняков, не было. Никто не мешал во время сна, да и некого было стесняться, куры и те сидели на насестах гораздо ниже его, не говоря уж об овцах и козах, живущих в другой стороне сарая за перегородкой. Поэтому, раздеваясь для сна, не приходилось опасаться, что его худая фигура в трусах, будет кем-то замечена.

Хуже его дела обстояли во время завтраков, обедов и ужинов. Девчата накрывали общий стол, кто-то одна из них, по очереди, оставалась в доме на весь день, куда их поселили, и они вместе с хозяйкой готовили еду сразу для всех. Для приезжих из города, хозяевам выдавали свежее мясо, молоко, овощи, хлеб и сахар. Девчонки готовили очень вкусные обеды, поскольку, плохой обед стал бы предметом обсуждений во всем коллективе. Ни одна из них не хотела попасть на ядовитые языки женщин постарше, знающих толк в еде. Сразу по готовности обед или ужин немедленно съедался, а Алешка к еде опаздывал, потому что ему приходилось ехать в кабинке машины к овощехранилищам и разгружать машину, ворочая мешки с картошкой.

У девчонок была дурная привычка, убрав лишнюю посуду, остаться за столом и болтать, а о чем болтать, это они туго знали. Для Алексея было сущим наказанием сидеть в это время вместе с ними за столом и есть, когда все внимание женщин было обращено только на него. Он не мог нормально жевать под пристальными женскими взглядами. Он, то краснел, то бледнел, ложка не держалась в его руках, тушеная картошка вываливалась с ложки и изо рта. Сделав несколько глотков, Алексей отодвигал от себя тарелку и сразу попадал на язык женщинам. Замужние женщины начинали сравнивать его аппетит с аппетитом своих мужей, словно им было невдомек, что «мужику» – то, оказавшемуся с ними волею судьбы и цехового начальства, едва перевалило восемнадцать лет. Дело доходило до того, что одна женщина, знающая толк в мужиках, сказала:

– Ну, что можно ожидать от такого мужика в постели? – она имела в виду человека, который мало ест, и не задумывалась над тем, что кроме мамки родной, он еще и женщин-то не видал.

Такие слова Алексею было горько слушать, но приходилось терпеть. Краска заливала лицо, но что-то сказать в ответ он не решался. Замужние женщины, не стесняясь, еще при нем, копающемся ложкой в тарелке, начинали раздеваться, готовясь ко сну. Это было сущим наказанием для Алексея. Они скидывали с себя рабочую одежду и, сверкая голыми грудями, проходили около самого стола в одних трусиках, направляясь в чуть протопленную баньку, чтобы смыть со своих красивых тел пыль и грязь, осевшую на них во время дневной работы на поле.

– Девчата! Ну что же вы так издеваетесь над молодым пареньком? Ведь он виновен только в том, что молод очень, – заступалась за Лешку хозяйка.

– Ничего, пусть привыкает. Он уже совершеннолетний. Сколько лет-то тебе? Ну вот, восемнадцать уже годочков, женить парня можно, – говорила самая забияка Зинка, стоя прямо перед сидевшим за столом Алексеем и приподымая ладонями рук свои большие груди.

Девчонки, ровесницы Алексея, сами неодобрительно относились к таким выходкам своих старших коллег. С этими девчонками он только и общался. По вечерам они обычно усаживались за стол возле Лешки и начинали болтать, постепенно переходя на обсуждение своих девичьих проблем. Девчата были довольно скромными, но и они порой забывались и, о чем-то заспорив в разговоре, они показывали на себе какую-либо деталь одежды, оголяя ту или иную интимную часть своего тела. Вспомнив о присутствии Алексея, они ойкали, просили у него прощения, но разговор доводили до конца. Единственным человеком, не приносящим неудобства Лешке, была та симпатичная и незамужняя женщина, которую звали Марина. Она порой останавливала зарвавшихся женщин грубым окриком. Он смотрел своими синими глазами на спасительницу и улыбался. Марине тоже нравился этот симпатичный блондин высокого роста, хоть и был он худым и слишком молод для нее. Просто нравился ей этот мальчишка и все. Он всегда был вежлив и правдив, ни на кого не обижался, уже сейчас чувствовалось, что в зрелом возрасте он станет очень порядочным человеком.

Однажды, устав на работе, Алексей быстро поужинал и, извинившись, направился в сарай на сеновал. Там находилась его постель, не постель, а самое настоящее гнездышко. Хозяйка дала ему простынь и теплое одеяло с пододеяльником, остальное было делом его рук. Спать было мягко и приятно, аромат свежего сена перебивал все запахи, исходящие от домашнего скота, а воздух был свеж и прохладен, как раз для здорового сна.

Укутавшись в одеяло, Алексей начинал уже дремать, когда раздался тихий скрип входной двери. Сон мигом пропал. Он прислушался. Заскрипела лестница из сарая на сеновал, свет от электрического фонарика переметнулся с потолка на сено и, наконец, осветив постель Алексея, погас. Кто-то ползком пробирался к нему прямо по сену. Пареньку стало немного жутковато.

– Кто? – спросил он испуганно.

– Я это, – услышал он голос Марины, той самой незамужней женщины.

– Что-то случилось? – стал, было, привставать со своей постели Лешка.

– Сейчас, расскажу. Как холодно тут у тебя.

– Мне под одеялом тепло.

– Не будь эгоистом, пусти погреться.

– Случилось-то, что?

Марина сбросила с себя верхнюю одежду и залезла под одеяло к Алексею. Он всем телом ощутил ее наготу. Тем не менее, он пересилил свой страх перед женщиной и стал говорить с ней, в надежде, что та уйдет.

– Тебя могут потерять и начать искать, – говорил Лешка, хоть и не верил в то, что Марина уйдет, но говорил, чтобы как-то оттянуть время.

– Не бойся, они все спят, – ответила женщина, закинув на него ногу и обняв руками. Она тесно прижалась к нему всем телом.

Алексея трясло, как в лихорадке. Он никогда в жизни не был так близок с женщиной. Своим телом он ощутил все тело Марины. Дальше все происходило как во сне. Они не спали всю ночь.

Утомленный, Алексей заснул под самое утро, а проснулся от резкого женского крика:

– Подъем, засоня! – кричали снизу. Кто-то из девчонок, постарался.

Рядом с ним Марины уже не было. Слава богу, вовремя ушла, подумал он. На завтрак он опоздал, но девчата оставили ему уйму еды, а оставшаяся готовить обед и ужин женщина, занимаясь своими делами, не мешала ему хорошо поесть. Он отвел душу за все прошедшие голодные дни, ел – пока лезло. Жаль, что не всегда так бывает, вздохнув, подумал он. Насытившись, Алексей стал вспоминать все, что произошло с ним в течение ночи. Хорошо, что проспал, думал он, не то, как бы он смотрел в глаза Марине. Пока, он еще не мог представить себе, как он поведет себя при встрече с ней. Наверное, потупит взгляд и покраснеет, но встречи ведь не избежать. Вот и сейчас он обязан быть там, где работают девчата, собирая картофель в мешки. Интересно, кто помогает шоферу закидывать эти мешки в кузов машины? Неужели девчата? Ну, тогда ему выволочки не избежать. Через десять минут он был уже на поле. Мешки стояли в рядок, машина тоже стояла рядом. Девчата собирали картофель в ведра, пересыпая затем в мешки, но они ничего не сказали ему. Водитель вылез из кабинки, на ходу натягивая рукавицы, и сонно сказал Алексею:

– Ну, что? Пожалуй, начнем.

Алексей никогда не чувствовал в себе столько силы и энергии. Мешки летели в кузов машины один за другим. Водитель с упреком сказал ему:

– Да не спеши ты. «Работа не волк, в лес не убежит». Откуда у тебя сила берется, ведь худой, как щепка.

Скоро кузов был забит мешками до отказа. Нужно было ехать к овощехранилищу, но подошла Марина:

– Привет, засоня. Девчата считают, что ты очень сильно выматываешься за день, потому и проспал сегодня. Решили кормить тебя усиленно. Так что все нормально. Учти, сегодня ночью я опять приду к тебе.

Первое, что готово было сорваться с его языка, это – слова «не надо», но он промолчал, посмотрев своими чистыми бирюзового цвета глазами на Марину и хлопнув ресницами. В ответ, она улыбнулась и ушла.

Пока ехали к овощехранилищу, водитель покоя не давал ему, засыпая вопросами: